Стихи и проза (чеченские) И.В. Станкевича

Станкевич Игорь Валентинович

Дата рождения: 31 августа 1958 года

 

В 1975 году закончил среднюю школу в г. Новосибирске.

 

Военная служба:

1. Новосибирское высшее военно-политическое общевойсковое училище им. 60-летия Великого Октября - 1975- 1979гг.

2. Московский военный округ 1979-1985 – заместитель командира роты, батальона СпНаз ГРУ ГШ ВС СССР по полит части.

3. Демократическая Республика Афганистан 1985-1987 – командир отряда пропаганды и агитации 201 мсд.

4. Военно-политическая академия им. В.И. Ленина - 1987 – 1990гг.

5. Западная Группа войск (ФРГ) 1990-1993 – заместитель командира полка по политической (воспитательной) работе.

6. Приволжский военный округ 1993-1999 - заместитель командира полка по воспитательной работе, заместитель начальника окружного учебного центра, зам.начальника отдела, заместитель начальника управления воспитательной работы ПриВО.

 

Полковник. За мужество и героизм, проявленные при выполнении специального задания, Указом Президента Российской Федерации Станкевичу Игорю Валентиновичу присвоено звание Героя Российской Федерации.

Награжден орденами «Красной Звезды», «Дружбы», «За службу Родине в Вооруженных Силах СССР - 3 степени», государственными и правительственными наградами и знаками отличия. Участник боевых действий в Чеченской Республике с декабря 1994 по апрель 1995 года.

 

1999 – 2006 гг. – Глава администрации Ленинского района г.Самары.

В 2001 году с отличием закончил Самарскую государственную экономическую академию с присуждением квалификации юрист по специальности юриспруденция.

С 2007 года по настоящее время – Председатель Самарской областной общественной организации «Герои Отечества».

2009 – 2010 гг. – Первый заместитель председателя Самарского областного Совета ДОСААФ России.

2011 – 2016 гг. – Член Общественной палаты Самарской области второго и третьего созывов.

2016 – 2017 гг. – И.о. секретаря регионального отделения Всероссийской политической партии «Единая Россия» в Самарской области.

С 2016 года по настоящее время – Депутат Государственной Думы Федерального Собрания Российской Федерации.


 

Отец и сын

 

Если ты служил в Афганистане

И Чечня не минула тебя,

А в душе алеет ярко знамя,

Значит ты действительно солдат.

 

Твой берет примеривал сынишка,

Голубой берет ему к лицу.

Он как ты готов в огонь и воду:

С детства он завидовал отцу.

 

Пусть же нам несладко часто было,

Мы делили крохи и глотки,

Но у нас слова в запасе были:

«С нами Честь и Родина, бойцы!»

 

Мы сегодня может быть седые,

Но душой остались молоды,

Коль, война стучится к нам с порога,

Учим мы детей, ведь мы – отцы:

 

«Помнить надо Родину и маму,

Дом, друзей, любимую свою.

Твердо знать, что ты один обязан

Защитить сейчас свою страну.

 

Как и мы идти по жизни смело,

Пережить свой шквал огня и пот,

Возвратиться и сказать: «Я выжил!

Выжил. Не забуду я тот год.»

 

Да, мы будем плакать и смеяться,

Мать накроет стол, придут друзья.

Свой берет ты к моему положишь,

Мы с тобою больше, чем родня.

 

Скажешь ты: «Бывало нам несладко

Мы делили крохи и глотки,

Но у нас слова в запасе были:

«С нами Честь и Родина, бойцы!»


 

Когда входили в Грозный

 

Когда входили в Грозный мы,

То о наградах не мечтали.

Друзей своих от пуль не сберегли,

Но честь гвардейского полка не потеряли.

 

Горела техника, рвались сердца,

Рыдали матери и жены.

Отцы, мы выполнили ваш наказ –

- За Русь Святую шли без спора.

 

3 апреля 1995г.


 

Казнь

 

Они не сделали ни одного выстрела. Их танк был остановлен несколькими выстрелами из гранатометов. Белобрысый сержант даже не понял собственную команду "К машине!", увидел только бегущего рядом наводчика, потом вспышка, толчок в спину, боль от падения и смех стоящих над ним вооруженных людей в полувоенной форме.

Прошла неделя. За это время их редко кормили, но часто били. Били все, кто заходил посмотреть на пленных солдат. Не сколько раз хотели расстрелять, высокий бородач всегда говорил "Нет" и сержант поверил в спасение.

На лестнице послышались шаги, дверь открылась. На пороге стоял мужчина с автоматом. Он махнул рукой: - Пошли! Объявили перемирие, это наша победа, сейчас будем праздновать.

Первое, что солдаты увидели выйдя на улицу, это несколько сгоревших БМП и лежащие возле них трупы. Их подвели к краю дороги. Вокруг собралась большая группа людей, состоящая из мужчин с оружием, молодых ребят и женщин. Они оживленно переговаривались.

- Ну, что, бойцы, посидели, отдохнули от войны. Наверно, изголодались.

А? Чего сейчас хотите? - спросил высокий бородач.

Солдаты переглянулись. Наводчик облизнул пересохшие губы, прошептал:

- Пить.

И громче:

- Пить,- а услышав смех, улыбнулся и добавил, - и курить.

Бородач внимательно посмотрел на них, хохотнул и сказал:

- Хорошо, садитесь у дороги. Эй, дайте им воды и сигареты! Только смотрите, никотин жизнь укорачивает.

Вокруг раздались одобрительные возгласы, а слово "укорачивает" повторилось много раз. Видимо, шутка понравилась.

Сержант снял шлемофон, положил его на бордюрный камень и сел на него. Его друг пристроился рядом. Оба жадно выпили по кружке воды, попросили еще. Им дали.

- А курить дадите?

- На, кури.

Танкисты переглянулись, взяли протянутые сигареты, затянулись.

- Кажись, пронесло, - шепнул наводчик.

Собравшиеся вокруг молча наблюдали.

Неожиданно, сержант услышал какой-то тонкий звук похожий на свист и заметил приближающийся слева блеск...

Стоявший за спинами солдат высокий бородач громко выдохнул и клинок легко перерубил шею командира танка. Палач, не останавливаясь, перевел руку в новый замах и голова в шлемофоне упала рядом с первой.

Восторженный крик толпы слился с криком бородача, размахивавшим над головой орудием убийства.

Опьяненные кровью и видом казни боевики кричали и хвалили крепкую руку товарища. Через несколько минут все стихло.

Два молодых парня с автоматами пытались пинать головы, но те катилась не далеко и неохотно. Любовно протиравший свой меч бородач посмотрел на их забаву и сказал:

- Нет, из этого футбола не получится. Надо корзину для баскетбола ставить.

- Хорошо, мы поставим. Только ты побольше голов наруби. Ха-ха-ха...

Через пять дней российский офицер, собиравший труппы на отбитой у боевиков улице так и не смог решить куда какую голову положить.

1997 г.

Игорь Станкевич


 

Крокодила ловят на живца

 

Молоденький лейтенант дал команду, и БМП-2 приняла влево, затормозила, качнувшись, развернулась вправо, сдала назад и замерла в метре от стены.

Офицер приветственно замахал руками присевшим у забора омоновцам. Те же. вместо ответа. еще плотнее вжались в столбы жиденького забора. Только тогда лейтенант понял, что, не остыв от горячки закончившегося боя, он не увидел главного - пост обстреливали из стоящего через дорогу здания, а звуки выстрелов заглушались шумом двигателя. Зажатые у забора ребята не могли совершить перебежку к надежному укрытию: из узких окон, как из бойниц, по ним били автоматы.

- Да, мужики, хреновато вам без меня. Ну, ничего, это мы быстро. Наводчик, осколочными. по окнам - огонь!

Орудийные снаряды посыпались по кирпичу, но не заставили боевиков прекратить обстрел. Толстые стены, малое расстояние и преимущество верхних этажей защищали их.

- Так, так, так... - офицер осмотрелся. Если он добежит до ближайшего дома, то будет на одном уровне с боевиками, а значит, прикроет ОМОН, после этого посмотрим, кто кого.

- Алик, постреливай по ним. Я - в дом.

"Чего этим придуркам неймется. Вместо обеда будем здесь мучиться, пока кто-нибудь не уйдет. И ведь знают, сволочи, мы - то не уйдем, мы ж дурные".

С этими мыслями он встал на броню, подошел к корме, спрыгнул вниз. Но не успели ноги коснуться земли, как в лицо ударили осколки кирпича - автоматная очередь прошла по тому месту, где он только что стоял.

- Ах, вы... - только русский язык мог выразить все его негодование, - так вы... грохнуть меня решили? Ну... я...

Лейтенант швырнул на броню шлемофон, забросил за спину автомат.

- Я еще думал по-хорошему, а вы...

Ударом ноги открыл кормовую дверь. Достал из десанта "Шмель". Привел его в боевое положение. Еще раз посмотрел в сторону боевиков, на окна и стены, прикрывавшие противника, перевел взгляд на дорогу и вышел из укрытия.

Внезапно родившаяся у него мысль была проста - "выкурить" нападавших огнеметом. Была только одна проблема - попасть в окно можно метров с восьмидесяти - ста не ближе, то есть с дороги, полностью открытой для огня.

Лейтенант положил на плечо огнемет и спокойно пошел по пустырю прочь от своей машины.

- Ну, все, хорош выеживаться. А то выстрелить не успею, - он остановился, повернулся лицом к дому, из которого велся огонь по ОМОНу. В голове мелькнуло: "Стою тут как памятник нерукотворный, того и гляди, какой-нибудь гад срежет".

С его стороны в доме только два окна.

"Вот что-то показывают наши. А! Кто-то двинул в мою сторону по пятому этажу. Приятно работать с умными мужиками, все на пальцах могут объяснить. Теперь главное не спешить. А то все впустую. Надо его увидеть".

Лейтенант бросил короткий взгляд по сторонам: "Промахнуться нельзя, а то подстрелят как куропатку, тут даже лечь негде".

Что-то шевельнулось в окне.

Только бы не померещилось.

Боевик качнулся в створе окна. Он не мог поверить, что русский стоит на голом месте во весь рост, и потому промедлил не больше секунды.

- Вот так вас на живца и ловят. Ну, вам... - офицер, как учили в тире, медленно выдохнул и плавно нажал спуск. Грохот выстрела слился со звуком мощного взрыва.

Старинное здание не выдержало, верхние этажи рассыпались и рухнули на дорогу, подняв облако пыли, которая медленно оседала в наступившей тишине.

Лейтенант бросил пустую трубу, перехватил автомат и пошел к своим друзьям:

- Орлы! Я вам последний раз объясняю: крокодила ловят на ж – и - в – ц - а! Поняли? На ж – и – в – ц – а - а! И не хрена под забором сидеть. Наливай!

 

1997

Игорь Станкевич


 

Пароль

 

Сидеть ночью в окопе было не в радость. Но Андрей не считал это большой бедой. Он вошел в Грозный 31 декабря, и за прошедшие три недели многое понял на войне. Вот отстоят они с Ринатом свою смену и пойдут спать. Хотя какой тут сон... Раньше он и представить не мог, что можно спать по два-три часа в сутки и считать это нормой. Правда, в последние дни боевики поутихли, почти прекратились обстрелы. Только офицеры не дают расслабляться: требуют постоянного внимания и осторожности.

Вот и сегодня перед заступлением Андрей спросил: "Какой пароль на ночь?" Капитан ответил: "Тула. Но только ты его спрашивай у тех, кто с нашей стороны идет. По остальным открывать огонь без предупреждения: ночью мирные из домов не выйдут, о приезде или подходе разведчиков вас предупредят, да и встречать их будут офицеры. Поняли?"

Понять-то поняли, но и стрелять надоело. А вдруг удастся пленного взять?

Размышления сержанта прервал толчок соседа по окопу.

- Смотри! Кто-то идет, - прошептал он.

Из глубины дворов прямо на их окоп шли два человека. Вот они вышли из тени деревьев и остановились на противоположной стороне улицы. Закурили. Огонь спичек осветил камуфляж и оружие. Оба медленно направились в сторону поста.

- Духи! Стреляй, - сказал Ринат, передергивая затвор и изготавливаясь к бою.

- Стой! Пароль! - вдруг прозвучал голос Андрея.

- Какой пароль? Ты что, своих не признал? - смех подходящих людей смутил его.

Оставалось не больше двадцати метров.

- Стой! Пароль! Стрелять буду!

- Пароль? Наш пароль: "С Новым годом!" Идущие попытались вскинуть оружие, но только один из них успел нажать на спусковой крючок. Ринат длинной очередью положил обоих.

- Какой пароль, Андрей? Ты что? - Он повернулся к другу, но тот не отвечал. Лицо сержанта уткнулось в мешок с песком. Он стал медленно сползать на дно окопа.

Ринат подхватил его. Голова откинулась. Над левой бровью чернело маленькое отверстие и проступала кровь...

1997

Игорь Станкевич